Translate

16 марта 2019

Рецензия на книжку М. Уэльбека о Лавкрафте

(ну и рожа... сразу видно француза))



Единственное, пожалуй, чем эта книжонка хороша - это своим названием. В этом смысле её - да, можно читать. Можно купить и поставить на полку. Время от времени подходить и читать... Типа того.

Если серьёзно, то первые же пассажи нагоняют апатию и производят самое удручающее впечатление. Буквально с первых строк Мишель Уэльбек (далее эту сущность будем называть Ми-Уэл) спешит заверить нас, что все сущности и мифологемы Лавкрафта - суть чистая фантазия, не имеющая никакой почвы. Затем ещё раз повторяет. И ещё... Почему-то Ми-Уэлу это важно.

Допустим. Однако дощечки царя Ассурбанипала - научный факт. Как раз в то время они были найдены и изучались. Лавкрафт был одним из первых, кто читал переводы. Именно там говорится о сущностях Иных Миров. На основе этого был написан «Некрономикон».

Затем. Традиционная демонология говорит о Вельзевуле, Бегемоте, Бельфегоре и прочих сонмах. Даже в «Библии» упоминается Дагон, разве нет?

Третье. Традиционный европейский фольклор, который Лавкрафт обожал. Легенды о чернокнижниках и ведьмах, более поздние мифы о Фаусте и Мефистофеле - разве это было чистой выдумкой Лавкрафта?

Возьмём одно из первых сочинений Лавкрафта, написанных им в возрасте 15 лет. Оно называется «Алхимик» - в этой истории Говард рассказывает абсолютно классическую притчу в духе Гофмана и английских готических романистов. Это, очевидно, обыкновенная рефлексия о чём-то прочитанном, учитывая феноменальное библиофильство Лавкрафта. (Впрочем, тут же надо поспешить оговориться и подчеркнуть, что сам Лавкрафт находил чтение книг делом довольно скучным, но занимался им за неимением чего-нибудь поинтересней. Он объяснял, что он имеет в виду под «интересной жизнью», говоря, что по природе своей - он вожак и чувствовал бы себя в своей тарелке во главе легионов, - вот это была б жизнь для него. Одна Ми-Уэл сходу обзывает Лавкрафта хлюпиком и маменькиным сынком...).

Затем француз зачем-то приплетает Селина* и внезапно включает странную истерику на почве расизма. Честное слово, я бы никогда не предположил, что это может быть чем-то важным в творчестве Лавкрафта, который для меня всегда был удивительным репродуктором чистого космического ужаса (что я и попытался передать в рамках своего музыкального проекта Astrophobos, стилистику которого я обозначил как Lovecraftian Darkwave; позже изменил на Microtonal Dark Poem, но это неважно, там волосы дыбом встанут даже у плешивого). Нечто в таком роде - да, сквозило в рассказце «Улица», где Лавкрафт ужасается каким-то «заведениям Петровича», но у меня это вызвало разве что здоровый смех. Действительно смешно. Что-то ещё было про индейцев, но там Лавкрафт пересказывал слова какого-то пастора. Вот, наверное, и всё. Обыкновенная неприязнь коренного жителя к той помойке, в которую превращалось его гемютное местечко, трансформируясь в современный мегаполис. Лавкрафт страдал и, возможно, порою бредил. Ему немного-то и надо было для несчастья...

Что я легко могу понять и о чём постоянно ныл наш герой - так это то, как безжалостно сносятся старые здания, сметаемые трамвайными путями, город растёт и заполняется всё новыми волнами мигрантов. Только это были не Петровичи, а сицилийские мафиози, бежавшие от тогдашнего режима, который просто топил преступников в отстойных ямах (чем Лавкрафт, безусловно, пылко восхищался - а кто б не восхищался?..). Да, это было невыносимо и Лавкрафт видел корнем зла этих «понаехавших». Но приказ сносить старинные кварталы принимали местные власти - такие же, как Лавкрафт. А быть может, и его далёкие родственники. А вот приехавшие зачастую трудились от зари до зари, радуясь хотя бы тому, что на сухую лепёшку можно положить дольку помидора или даже колбасы, - так, собственно, возникла пицца.

Далее Ми-Уэл начинает пересказывать биографию Лавкрафта - это малоинтересно, ибо всё равно француз своими куриными глазами в упор ничего не видит и куриным же мозгом ни-черта не понимает.

Пишет Ми-Уэл отвратно, прёт французский шовинизм. Бержье какой-то.

У Лавкрафта, оказывается, были ученики. Блох, Лонг, Вош, Манд, несть и числа. То-то Лавкрафт бы удивился...

Закончил первую часть. Что могу сказать? Мысль француза неглубока, а взгляд недалёк...


*


Во второй части книжки Ми-Уэл принимается криво пересказывать тёмные мистерии лавкрафтианства, но быстро булькается в привычную французскую среду общественных помоев, от коих Лавкрафт был так далёк. Ми-Уэл вроде как ползёт по следу, но так он далеко не уйдёт... Шнелля-шнелля, bistro-bistro!

Ползучая мысль - вот стиль этой книжонки.

Но едва тема заходит о педерастии, как француз вдруг оживляется, появляется какой-то пульс, письмо становится бойким, пишется легко. А я всё ждал, когда Ми-Уэл перестанет тужиться и начнёт излюбленные французские мотивы...

Через десяток страниц француз переключается на архитектуру старого Провиденса. Коряво описывает синдром Стендаля («эстетический психоз»).

Набирается наглости и записывает Лотреамона в предшественники Лавкрафта. Ты шутишь, ска...

Увлечение Лавкрафта научными теориями. «Сны в ведьмином доме» - сильная штука, да.

Создателями неэвклидовой геометрии были Янош Больяи и Николай Лобачевский. Запиши себе не бумажке и прилепи на свой низкий французский лоб, внятно произнести всё равно не сможешь.

Француз не в курсе, что теории Эйнштейна и квантовая механика Планка опровергнуты и признаны ошибочными. На днях в России впервые в экспериментальной науке был произведён опыт по перемещению во времени.


*


Часть третья. Описываются трудовые будни писателя-любителя Г.Ф. Лавкрафта. Тем временем, в США в 1929 году наступает Великая Депрессия, которую Лавкрафт не переживёт...

Ми-Уэл местами переходит на дурашливый тон. Знаменитое «французское красноречие».

Удивительная история галантности Лавкрафта. Была такая Соня Хрини, одесская еврейка (спасибо, хоть «русской» не называют, как то приняли за манеру в адрес немецкой проститутки Лу(изы) фон Саломе), - вполне возможно, одна из многих подружек Кроули (ну, много их у него было), а дальше чистая конспирология, которая приводит в восторг оккультных маньяков, но француз как всегда - не видит в упор, пониманий ноль...

Умиление Лавкрафта. Нечто вроде гемюта. В сущности, Лавкрафт - плебейская, американская версия Обломова. Только без поместья, дворянства и полагающейся полноценной образованности (знание языков, как минимум). Хотя Лавкрафт любил называться «эсквайром», то есть самодостаточным помещиком (каким был дворянин-мечтатель Обломов), был он на самом деле мелким мещанином, чей удел - снимать комнаты и питаться не пойми чем в забегаловках. Самодостаточность? Ну, как сказать. На ум лезет некий лорд Болескина. - Чёрт побери, вот это была б пара! Какая там к ляду Соня...

Впрочем, моменто. В 1935-м Кроули был уже полным банкротом, а поместье он потерял ещё в 1913-м. Да, тоже пришлось шататься тут и там. Судьба поэта-с.

Лавкрафт очень быстро оценил прелести семейной жизни, поскольку всякая «милая пампушка» мигом запрыгивает на шею, едва начинается фаза супружества. Соня заставляла Лавкрафта писать унизительные письма в редакции, пытаясь продать свои произведения. Таких писем Лавкрафт написал огромное количество. Но покупать никто не хотел. Тогда Соня заставила его искать просто какую-нибудь работу на дому, что-то вроде заказной журналистики или редактуры. И тут-то Лавкрафт стал что-то подозревать...

Гемют распадается, супруги расстаются. В отместку Соня сжигает все письма, которые Лавкрафт ей писал. Что ж, мелочно и предсказуемо...

Лавкрафт же был в полном восторге оттого, что удрал, пока Сони не было дома (она была по делам в Цинциннати). Семейный быт такой увлекательный...

Единственную примечательную строку француз Ми-Уэл выдавливает уже на последних страницах: «Можно об этом сожалеть, но нужно это признать: Лавкрафт был скорее на стороне ненависти; ненависти и страха». Это бессмысленная чушь, конечно, но показывает, что даже у болвана на трёхстах станицах можно найти хорошо написанную сентенцию. Бог весть, Ницше, скажем, весь такой, какую страницу не открой...

Это дело вкуса, приятель. Он либо есть, либо ты француз...

Вот, в общем-то, и всё.


Оценка 2/10

_________
*он так и будет всю книгу приплетать каких-то дешёвых французиков, как будто это кому-нибудь интересно


март 2019, по эту сторону звёзд

Комментариев нет:

Отправить комментарий